Сегодня был последний урок летнего интенсива, и, конечно, у меня накопились впечатления и выводы.
Первое. Дети занимаются машинально, без осознанности. Я всеми силами пытался донести до них важность думания на уроке — размышления, анализа. Но реальный отклик увидел лишь у пары человек из двадцати с лишним, и то — кратковременно. Я старался давать уроки не «по шаблону», а с неожиданными заданиями, новыми комбинациями, нестандартными приёмами, которых они не встречают в школе. Такие «сюрпризы» должны были вывести их из рутины, заставить мозг включиться. Но эффект оказался слабым: мысль вспыхивала, как светлячок, и тут же гасла.
В своей практике я не раз сталкивался с коллегами, которые считают: достаточно, чтобы ученик просто повторял упражнение — и этого уже хватит для прогресса. Но я точно знаю: этого мало. Если только перед тобой не стоит ребёнок, которому Бог дал уникальные данные. Таких мне встречать не доводилось. А значит, нужно гораздо больше усилий. Нужно качество исполнения. Постановка корпуса — это не абстракция, это постоянная работа: подтянутость вверх, симметрия половин тела, вертикаль, отсутствие «изломов» в бедрах, выворотность, вытянутость — и всё это на каждом движении, на каждой паузе, в каждой позе. В одном упражнении — 32, а то и 64 батмана. Так вот: сколько из них ребёнок сделал вдумчиво, с вниманием к деталям? Один? И то счастье! А чаще — стоят передо мной «Урфин Джус и его деревянные солдаты». Внешне красиво, а внутри пусто.
Второе. Отсутствие координации. Да, талант — редкость. Но ведь хитрыми приёмами можно хотя бы скрыть слабые стороны, сделать движение более музыкальным, более слитным. Пример: plié у палки. После открытия рук во II позицию идёт plié с port de bras. И вот если делать по-настоящему тонко — нужно без паузы перевести кисть из arrondi в allongé и мягко, слитно продолжить движение вниз. Это просто! Но почти все дети делали «с точкой», с паузой, будто музыка была резкой и отрывистой, хотя она звучала мягко и плавно. Я объяснял, показывал, настаивал — но так и не добился результата. А ведь это всего лишь один микроскопический момент. А их в уроке — десятки!
Третье. Немузыкальность. У некоторых — даже отсутствие элементарной ритмичности. Балетная музыкальность может быть поверхностной (просто ритм), а может быть глубокой — когда мышцы буквально «слушают» музыку. Из всей группы только одна девочка по-настоящему слышала музыку. Остальные… пара человек даже не чувствовали ритм! А ведь ритм в балете — это самое простое: на сильную долю движение должно прийти в точку, в позу. А значит — начать надо заранее, чтобы совпало. Половина детей не могла соединить мягкость музыки с мягкостью движения! Например, я даю battement tendu не на маршевый 2/4, а на плавный вальсовый 3/4 — и они всё равно «забивают» ногу в позицию резко, будто музыка марширует. Как это возможно?
В итоге — большинство детей не способны удерживать во внимании несколько задач сразу. Они могут думать только об одной вещи за раз. Радоваться ли хотя бы этому? Ведь, похоже, скоро мы будем счастливы просто тому, что они едят и сами ходят в туалет...